May. 22nd, 2006

mariamina: (Default)
Первым, что я увидела, когда продрала глаза, всё ещё не веря боли в горле, было слово «Death». Слово было на близлежащей книге, и слово было вредным в этот час сомнений в принадлежности телу, все мускулы и суставы которого ныли. Оглядевшись немного, я прочитала остальное: «French kiss with». Это было уже лучше. Книжка-то была гламурная, о гонщике Стиве МакКуин, и с моими бедствиями ничего общего не имела.

Бедствия начались ещё вчера, когда, сначала потерявшись, а потом всё-таки найдя правильную дорогу в правильную церковь пальцы ни за что не хотели заниматься любовью со струнами, выдавая такие вопли, что следовало бы их тут же на месте отшлёпать. «Проклятая простуда!» - сказала я и посмотрела на них взглядом Ивана Грозного. Пальцы съёжились. Дирижёр сказал фразу, которую стоило бы написать кровью на листке из советской тетрадки и прикрепить внутри футляра, между фотографией серьёзной девочки 8-и лет со скрипкой и высунувшей розовый счастливый язык бобакой, смотрящей прямо в камеру. Фраза была: «Ну, вы же называетесь музыкантами! Сделайте же что-нибудь музыкальное!»

Не знаю, насколько напутствие подействовало. Несмотря на общую нервозность, всё прошло как во сне, особенно после проповеди католического священника о любви из категории тех, что не были бы одобрены Opus Dei. Было интересно наблюдать сзади за процедурой причастия, обыгранной с помощью детей-служек в красно-белых рясах, из-под которых о театральности действа яростно вопили грязные кроссовки и ободранные джинсы. Давно ли позволено девочкам прислуживать у католиков? Кажется, освящение облаток проходило под наше Benedictus. Странно, как я всё сыграла, даже посчитала правильно паузы и вступила как надо. Не на кого было полагаться, играли квартетом (две скрипки, челло и контрабас).

А потом, после получения гонорара, посочувствовав контрабасисту по поводу необходимости потратить 70 евро на такси, так как он запер ключи в машине, а надо было спешить на репетицию, я поехала домой через узкие мосты и жёлтые поля цветущейго репейника, заметив по пути мёртвого сбитого машиной лисёнка с неестественно по-лебяжьи выгнутой шеей. Сон длиной в 3 часа – и снова в бой.

На этот раз в милое сообщество квартета, с которым играем большую халтуру 24-го. Говорили по-итальянски, тем более, что пианист Клаудио так мил. Голос Кассандры в карменовской «Сегидилье» силён и ясен. Несмотря на то, что приходилось читать ноты с партитуры, арии были знакомыми и славными. Клео сказала, что хочет быть как я, не волноваться по мелочам (мелочи – это неудобные перевороты страниц).

Вечером мне полагался подарок. Книги, которые волнуют настолько, что увиденные лица авторов напоминают о юношеских вздрогах и вжиманиях в диван и абсорбировании деталей. Vikram Seth – приветливое индийское лицо, белые округлые ногти на фоне тёмных рук, оживлённые жесты, голос с индийско-британским акцентом. История его семьи, вылившаяся в новую книгу «Две жизни». Уколы сознания, вспомнившего «Равную музыку». Желание, непременное желание увидеть текст на русском. А ещё – побывать на знаменитой книжной ярмарке во Франкфурте, чтобы встретиться с ним.

Несмотря на слабость от болезни, я весь день сегодня играю, и, кажется, это всё, из чего я состою.
mariamina: (Default)
А вот и вчерашние буйствующие жёлтые поля:



А вот и я на фоне вчерашних буйствующих жёлтых полей:

Profile

mariamina: (Default)
mariamina

July 2011

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 10:32 pm
Powered by Dreamwidth Studios